15. РАСПЯТИЕ И СМЕРТЬ

Утром без промедления первосвященники со старейшинами и книжниками и весь синедрион собрали совещание и, связав Иисуса, отвели к Пилату, представив обвинения на Него.
Пилат спросил Его: Ты Царь Иудейский? Он же сказал ему в ответ: ты это сам говоришь.
Первосвященники обвиняли Его перед Пилатом во многом.
Пилат опять спросил Его: Почему Ты ничего не отвечаешь? видишь, как много против Тебя обвинений.
Но Иисус и на это ничего не отвечал, так, что Пилат удивлялся.
На каждый праздник он отпускал народу одного узника, о котором просили.
Тогда был в узах некто, по имени Варавва, со своими сообщниками, которые во время мятежа совершили убийство.
Народ начал кричать и просить Пилата о том, что он всегда делал для них.
Он сказал им в ответ: хотите ли, отпущу вам Царя Иудейского?
ибо знал, что первосвященники предали Его на смерть из зависти.
Но первосвященники возбудили народ просить, чтобы отпустил им лучше Варавву.
Пилат спросил их: что же хотите, чтобы я сделал с Тем, Которого вы называете Царем Иудейским?
Они закричали: распни Его.
Пилат сказал им: какое же зло Он сделал? Но они еще сильнее закричали: распни Его.
Тогда Пилат, желая сделать угодное народу, отпустил Варавву, а Иисуса, избив, предал на распятие.
Воины отвели Его внутрь двора, то есть в преторию, и собрали весь полк.
Они одели Его в одежду красного цвета - багряницу, и, сделав терновый венец, возложили на Него.
Насмехаясь, воины говорили Ему: приветствуем Тебя, Царь Иудейский!
Они били Его по голове тростью, плевали на Него, и, становясь на колени, насмехаясь, кланялись Ему.
Когда же насмеялись над Ним, сняли с Него багряницу, одели Его в собственные Его одежды и повели Его, чтобы распять.
Они заставили проходящего мимо некоего Киринеянина Симона, отца Александра и Руфа, идущего с поля, нести Его крест.
Иисуса привели на место Голгофа, что значит: Лобное место,
и давали Ему пить вино со смирною, облегчающей боль, но Он не принял.
Распявшие делили Его одежды, бросая жребий, кому что взять.
Было еще утро, третий час, когда распяли Его. На кресте была надпись вины Его: Царь Иудейский.
С Ним распяли двух разбойников, одного по правую, а другого по левую сторону Его.
И сбылось слово Писания: к злодеям причислен.
Проходящие злословили Его, кивая головами своими и говоря: э! разрушающий храм, и в три дня созидающий!
спаси Себя Самого и сойди со креста.
Вместе со всеми и первосвященники с книжниками, насмехаясь, говорили друг другу: других спасал, а Себя не может спасти.
Христос, Царь Израиля, пусть сойдет теперь с креста, чтобы мы видели, и уверуем. И распятые с Ним тоже поносили Его.
В полдень, в шестом часу, настала тьма по всей земле и продолжалась до часа девятого.
В девятом часу возопил Иисус громким голосом: Элои! Элои! ламма савахфани? - что значит: Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?
Некоторые из стоявших тут, услышав Его слова, говорили: вот, Илью зовет.
А один побежал, наполнил губку уксусом, облегчающим жажду, и, наложив на трость, давал Ему пить, говоря: постойте, посмотрим, придет ли Илья снять Его.
Иисус же, возгласив громко, испустил дух.
И завеса в храме, отделяющая святое, разодралась надвое, сверху донизу.
Сотник, стоявший напротив Его, увидев, что Он так возгласив, испустил дух, сказал: истинно Этот Человек был Сын Божий.
Были тут и женщины, которые смотрели издали: между ними была Мария Магдалина, Мария, мать Иакова меньшего и Иосии, и Саломия,
которые в Галилее, следовали за Ним и служили Ему. Были там и многие другие, которые вместе с Ним пришли в Иерусалим.
И так как уже настал вечер, и была пятница, то есть день перед праздничной Субботой,
пришел Иосиф из Аримафеи, знаменитый член совета, который ожидал Царство Божье. Он осмелился войти к Пилату и просил тела Иисуса.
Пилат удивился, что Он уже умер, и, призвав сотника, спросил его, давно ли умер?
И, удостоверившись у сотника, что Он точно умер, он приказал отдать тело Иосифу.
Иосиф, купив полотно плащаницы, снял тело Иисуса, обвил Его плащаницей, положил тело в погребальную пещеру, которая был высечен в скале, и привалил камень ко входу в пещеру.
Мария Магдалина и Мария Иосиева смотрели, где полагали тело Иисуса.